Шимон Риклин – Дикий Север

Оригинальное название: שמעון ריקלין – צפון פרוע

Издательство: Харголь (חרגול)
Вышла в свет: февраль 2007
Страниц:310

У подполковника Ачилы, отдающего всего себя службе в Ливане, есть только одна слабость – чиновники, армейские писари. После того, как его любимого писаря, Цвику, убивают во время отчаянной и никому не нужной операции в тылу противника, подполковник выходит на тропу войны и мести, и нет в Южном Ливане такой силы, которая смогла бы его остановить. К себе в помощники он берет ефрейтора по имени Яков Зильберштейн, известного своими кличками «Котлеткин», «Шляпа» и «Тормоз».
Яков – идеальный, совершенный чиновник; можно сказать, что он – абсолютный писарь. И вот там, на Севере, в неформальной обстановке Первой Ливанской компании, он становится героем, овеянным славой. О нем и рассказывает роман, полный головокружительных приключений, сочетающий в себе утонченный реализм, бесшабашный юмор, напоминающий знаменитую «Уловку-22″, и фантазию на средиземноморские темы; и вся эта причудливая смесь очень узнаваема и очень характерна для Израиля.
«Послушай, Зильберштейн, что я тебе скажу. Очень немногие это понимают; но мы, чиновники, – мы главная опора армии, ее краеугольный камень.Тебе будут говорить, что в ПАЛЬМАХе и в ЛЕХИ не было никаких чиновников, никаких писарей; что чиновник способен только испортить и свести на нет армейский дух, что солдат и чиновник – это две абсолютно несовместимые, взаимоисключающие вещи., как щелочь и кислота. Ложь! Ложь, я тебе говорю!» – и лейтенант Нафтали стукнул кулаком об стол. – «Я слышал, как один умник утверждал, что чиновники – как лишний винтик в армейской машине: попробуй, мол, его вынуть, и машина заработает еще лучше. Это ложь!!!» – заорал лейтенант, и от его крика стекло разлетелось вдребезги.
«Редко встречаешь гордого собой армейского чиновника. Конечно, трудно высоко нести знамя распоряжений и циркуляров, находясь рядом с отважными воинами, летчиками и разведчиками, секретными агентами. Но знай, ефрейтор Зильберштейн, что чиновник, гордящийся своей профессией, – а делопроизводство – это профессия, и очень сложная! – так вот, гордый чиновник – это более совершенный, более сильный человек, он обладает гораздо большей духовной мощью, чем воюющие смельчаки…»

Авраам Б. Иегошуа – Стрельба по своим

Оригинальное название:אברהם ב. יהושע – אש ידידותית
Издательство: аКибуц аМеухад – Симан крия (הקיבוץ המאוחד ספרי סימן קריאה)
Вышла в свет:февраль 2007
Страниц:374

Из шахты лифта одного из высотных жилых домов в Тель-Авиве доносятся дикие рыдания, грустное завывание и даже звуки органа. Почему и о чем стонет там ветер и откуда он там берется? И лифт в частном иерусалимском доме, который и поднимается всего на один этаж и который когда-то давно спроектировал для своей когда-то любимой женщины отец Яари, начинает орать, как мартовская кошка.
Лифты весело хулиганят на протяжении всего романа и используются героями книги, чтобы выразить отношение к центральным событиям их жизни.
Амоц Яри – инженер, унаследовавший от своего отца фирму по установке лифтов. И в течение всей книги на него «возложена обязанность» ухаживать за своими родственниками, переезжая из дома в дом, с места на место, чтобы быть «не только преданным отцом и дедом, но и хорошим сыном» (для своего девяностолетнего отца) – поскольку его жена, Даниэла, впервые за всю их совместную жизнь, уехала из-под его опеки на все дни праздника Ханука.
Даниэла уехала в Танзанию к родственнику-вдовцу по имени Ерми. Он – начальник археологической партии в группе ученых-антропологов в Африке. Ученые ищут утерянное звено в цепи между обезьяной и человеком, «близких родственников», выброшенных с главной магистрали эволюции и застрявших в каком-то эволюционном тупике.
Чуть больше года назад умерла сестра Даниэлы, и ее теперешняя поездка к Ерми продиктована стремлением ощутить всю остроту этой потери и вновь разжечь в себе боль утраты, успевшую потускнеть. Но вдовец, с которым она встречается, ищет именно забвения. После многих лет, отданных отчаянным попыткам найти смысл в смерти своего сына, застреленного по ошибке своими сослуживцами в засаде в арабском городке Туль-Керем, он хочет сейчас одного – освободиться и отделиться от любой принадлежности к чему-либо, и прежде всего – от семьи и свояченицы, во всей этой «еврейско-израильской каше».
Семейный дуэт в романе – прежде всего дуэт в построении повествования: в 112 главах книги перемежаются две сюжетные линии. Действие одновременно происходит и в Израиле, и в Африке. (В четных главах рассказ ведется от лица Даниэлы, в нечетных – от лица ее мужа)
Роман сосредоточен на важных сторонах семейной жизни героев, главным образом, на том, как члены семьи проявляют свои чувства и как о них говорят. Супружеские связи, отношения в семье, хрупкие и неуловимые, которые освещены светом неприязни, излучаемым Ерми, очерчены здесь подробно, точно и захватывающе, с разных и неожиданных точек зрения.
Оттого, что в книге нет рассказа «от автора», а есть только монологи Амоца и Даниэлы, и читатель узнает только то, о чем они иногда рассказывают сами (и не всегда их рассказ заслуживает доверия), книга превращается в настоящий дуэт пары супругов, которые живут вместе уже около сорока лет. Это дуэт в унисон? Или дуэт в контрапункте?
Летящее и неисчерпаемое воображение писателя, с одной стороны, а с другой стороны его способность заставить звучать каждую мелочь, превращают этот дуэт в великую симфонию